ФОРМЫ ДОКУМЕНТОВ
БЕСПЛАТНЫЙ
ЗВОНОК
Оставьте нам заявку,
и мы перезвоним Вам
в ближайшее время.

АРХИВ

Конференция «Банкротство -2018»

С каждым годом становится все труднее справиться с возрастающим количеством банкротств.

Каждый этап – от особенностей введения процедуры до розыска активов, оспаривания сделок, порядка проведения торгов, правил привлечения к субсидиарной ответственности — жестко контролируется.

Регулярные нововведения от контролирующих органов по улучшению «прозрачности» процедур банкротств и рынка в целом, загоняют в «тиски» и сильно влияют на правила игры на рынке банкротств. Все эти сложные моменты в институте банкротства обсуждались на  конференции «Банкротство-2018».

Ключевые моменты следующие:

  • Любое лицо может стать контролирующим, их круг теперь неограничен, заявил партнер АГП Алексей Городисский.  Практика не ограничивает доказывание формальными признаками – можно доказывать степень вовлеченности лица, значительность влияния и т. д. Вторая тенденция – ужесточение ответственности руководителей и топ-менеджеров за доведение до банкротства.
  • Руководителям все сложнее доказать, что они действовали разумно. Опровержение презумпций и «обвинений» следует строить на том, что банкротство обусловлено внешними факторами. Подобное доказывание со временем все больше будет уходить в экономические, бухгалтерские и т. п. экспертизы.
  • С развитием института субсидиарной ответственности разбирательства имеют все больший экономический уклон. Смогут ли суды оценивать деловые решения, которые принимаются в компании. Непонятно, что такое добросовестность, а что – нет. В условиях неплатежеспособности встает еще один вопрос: когда гендиректор и акционеры должны подавать заявление о неплатежеспособности? «Если мне надо вернуть миллиард – идти в суд или ждать, а вдруг я эти деньги еще заработаю?» – спрашивал Клеточкин. Ответа, по его словам, не дают ни закон, ни практика.
  • «Белые», «серые» и «черные» схемы в банкротстве. «Оспаривание платежей третьих лиц за должника. Суть схемы в долге, который возник ранее у формального третьего лица перед должником. Его потом получает один из кредиторов в обход других. Такие факты сложно выявить. Другие кредиторы не видят, что за схемой стоит вполне платежеспособный кредитор, излагал юрист. В то же время, если схему удастся вскрыть, конкурент вернет полученные деньги прямо в конкурсную массу. Для этого эксперты советуют «вытягивать» сведения о погашении с помощью возражений на включение в реестр, анализировать выписки по банковским счетам, изучать график погашения обязательств, баланс, материалы налоговых проверок должника и его контрагентов и т. п.
  • Иногда злоупотребления направлены, наоборот, против кредитора, которому платят. О ситуациях, когда за банкрота платят участники и третьи лица. С точки зрения гражданского права кредитору все равно, кто ему заплатит, но злоупотребления здесь были. Например, мелкий кредитор подавал заявление на банкротство, но крупная аффилированная компания возвращала долг за несостоявшегося банкрота, а вскоре запускала его ликвидацию. По его словам, ВАС боролся с подобными злоупотреблениями с 2013 года; это продолжает делать ВС.
  • Не все аффилированные кредиторы недобросовестны. «Встречаются и те, которые добросовестны и аффилированы лишь формально». В отсутствие выработанных критериев определения фактической аффилированности, при рассмотрении дел о банкротстве необходимо искоренять формальный подход, сторонам по делу занимать активную процессуальную позицию, чтобы помочь суду «понять» общую картину возникновения задолженности.
  • Эксперты советуют доказывать, что долги «настоящие», собирать первичку, выписки по счетам, раскрывать реальную деловую цель. Чтобы облегчить положение добросовестных кредиторов, нужно законодательно закрепить критерии фактической и формальной аффилированности.